34. Дипломатия Пруссии при Бисмарке.

Война с Данией (1864). Австро-прусская война 1866 г. и ее последствия. Франко-русская война и объединение Германии.
5 ноября 1863 г. скончался датский король Фридрих VII, и на престол Дании вступил его наследник Христиан IX. Немедленно встал вопрос о том, кому владеть соединенными с Данией Гольштейном и Шлезвигом.
Наследственные права на Гольштейн и Шлезвиг нового датского короля были давным давно, еще в 1852 г., обсуждены и повсеместно признаны всеми державами, в том числе и Пруссией.
Англия, Франция, Австрия. Все три державы имели серьезные мотивы для борьбы против замыслов Бисмарка в шлезвиг-гольштейнском вопросе. Прежде всего ему необходимо было успокоить Англию и Францию и внушить им, что он отнюдь не стремится включить «приэльбские герцогства» (т. е. Шлезвиг и Гольштейн) в состав Пруссии. Следовательно, Пальмерстону незачем беспокоиться, что удобнейшие морские берега на Северном и на Балтийском морях перейдут во владение более сильной, чем Дания, державы; Наполеону же нет нужды подозревать, что ближайшая соседка, Пруссия, значительно усилится и по размерам территории и по количеству населения. Поэтому, когда германский сейм, заседавший во Франкфурте, потребовал от датского короля уступки Гольштейна герцогу Августенбургскому, что влекло за собой включение приэльбских герцогств (прежде всего Гольштейна, а потом и Шлезвига) в состав германских государств, то Бисмарк всячески старался показать, что он против обострения спора и не одобряет резких методов разрешения этого вопроса. Он, Бисмарк, стоит будто бы лишь за такое решение, которое обеспечивало бы герцогствам мирное национальное развитие.
Из всех великих держав, которые могли помешать Бисмарку, он опасался больше всего Австрии. Не потому, конечно, что он считал ее сильнее Франции, Англии, России. Напротив, Австрия была слабее этих держав. Но император Франц-Иосиф понимал, что если шлезвиг-гольштейнский вопрос будет разрешен Пруссией единолично, это приведет к тому, что Пруссия станет бесспорно гегемоном в предстоящем процессе объединения Германии. Поэтому Бисмарк не только не отклонил, но и приветствовал участие Австрии в разрешении шлезвиг-гольштейнского вопроса. В Вене и Берлине уже было секретно решено сообща объявить войну Дании.
Бисмарку участие Австрии было нужно потому, что оно прикрывало перед подозрительно насторожившейся Европой его конечные цели, т. е. захват и присоединение к Пруссии Шлезвига и Гольштейна. Далее, военный блок Австрии и Пруссии был настолько внушителен, что мог удержать от выступления как Наполеона III, так и Англию.
Надеясь на поддержку Англии, Христиан IX обнародовал новую конституцию, которая окончательно укрепляла политические узы между Данией и Шлезвигом. Этого Бисмарку только и нужно было. Он тотчас заявил, что датский король не имел права это делать, и 16 января 1864 г. совместно с Австрией предъявил Христиану IX ультиматум: в сорок восемь часов объявить только что данную конституцию отмененной.
Узнав об этом, Пальмерстон, ссылаясь на несогласие королевы и своего кабинета, как бы с душевным прискорбием уклонился от подачи какой бы то ни было помощи Дании.
Дания осталась совершенно одинокой. О ее успешном военном сопротивлении нашествию соединенных армий двух великих военных держав не могло быть и речи, и исход войны определился буквально в первые же дни. И все-таки Дания не заключала мира, все еще надеясь если не на военную помощь, то на дипломатическое вмешательство Англии.
Пальмерстон решил снова обратиться к единственному лицу, которое могло бы помочь Дании, если бы захотело. Это был Наполеон III, однажды уже наотрез отказавшийся вмешаться в шлезвиг-гольштейнский вопрос. По поводу вмешательства в датские дела Наполеон III ответил резко отрицательно. Наполеон III заявил, что воевать в одиночку против двух таких сильных держав, как Австрия и Пруссия, он не намерен. Датчане на четвертом месяце войны потерпели настолько тяжелое поражение (18 апреля 1864 г. при Дюппеле), что Христиан IX, которого англичане успокаивали заверениями, будто успешно ведут переговоры с Францией о помощи Дании, обратился уже непосредственно к французскому правительству с вопросом, может ли он в самом деле рассчитывать на поддержку. Ответ из Парижа последовал категорически отрицательный. Тогда Дания пошла на все, чего от нее требовали.
В мае 1864 г. было заключено перемирие, а 30 октября 1864 г. — подписан окончательный мир между Данией с одной стороны, Пруссией и Австрией — с другой. Герцогства Шлезвиг, Гольштейн и Лауенбург остались за победителями в их временном совместном обладании. Первый перегон исторического пути Бисмарка был пройден. Предстоял второй, самый рискованный этап. Надлежало брать такой политический барьер, который никак нельзя было обойти, а именно Австрию. А не взять его значило отказаться от объединения Германии.
Без войны, и войны победоносной, Пруссии не удастся изгнать Австрию из Германского союза, что без поражения на поле битвы Австрия не позволит прусскому королю стать главой объединенной Германии. Что мирно разделить добычу, полученную от Дании, между Пруссией и Австрией не удастся, это Бисмарк тоже знал и не только знал, но и не желал мирного раздела. Он видел, что момент совершенно неизбежной войны с Австрией наступил, и что наиболее выгодно для Пруссии выбрать в качестве повода для этой войны именно спор о дележе добычи.
Прежде всего Бисмарк обнаружил готовность итти на следующее решение шлезвиггольштейнской задачи: маленькое герцогство Лауенбург отходит в полную собственность Пруссии (за уплату 2,5 миллиона талеров золотом), Шлезвиг поступает в управление Пруссии, Гольштейн — Австрии. Бисмарк постарался закрепить эту комбинацию особой конвенцией, подписанной Австрией и Пруссией 14 августа 1865 г.
Гольштейн, поступивший «в управление» Австрии, был отделен от Австрийской империи рядом германских государств и прежде всего той же Пруссией. Уже это делало обладание Гольштейном для Австрии весьма шатким и рискованным. Но, кроме того, Бисмарк намеренно осложнил дело тем, что в Гаштейне настаивал на следующей головоломной юридической комбинации: право собственности на всю территорию обоих герцогств — Шлезвига и Гольштейна— сообща имеют Австрия и Пруссия, но право управления — раздельно, в том смысле, что в Гольштейне должна быть австрийская администрация, а в Шлезвиге — прусская. Император австрийский с самого концах датской войны настаивал на том, что Австрия с удовольствием уступит все свои сложные «права» на Гольштейн в обмен за самую скромную, немудрящую территорию на прусско-австрийской границе, выкроенную из прусских земель. Когда Бисмарк отказал наотрез, тогда его замысел стал совершенно ясен Францу-Иосифу, и император стал высматривать союзников для предстоящей схватки.
Перед Бисмарком уже с лета 1865 г. стоял второй очередной вопрос: как создать наиболее благоприятную политическую обстановку для предстоящей вооруженной борьбы.
Собственно две главные опасности грозили Бисмарку. Одна могла исходить из Зимнего дворца, другая — из Тюильри. И Бисмарку нужно было непременно договориться с Россией.
В Петербурге не было полного единства взглядов на дело, затеваемое Бисмарком. В том, что Александр ни в коем случае не будет препятствовать Пруссии свести счеты с Австрией Бисмарк был вполне уверен. Горчаков понимал, что речь идет не о том, как размежуются Пруссия и Австрия в Шлезвиг-Гольштейне, а о том, как Германия объединится вокруг Пруссии. Он не только считал это объединение невыгодным для России, но и полагал, что решительное противодействие ему русской дипломатии может сыграть огромную роль. Но в конце концов настроения царя взяли верх.
Оставалась опасность французская. Помешать усилению Пруссии, разгрому Австрии и объединению Германии вокруг Прусского королевства было для французского императора необходимостью, диктуемой соображениями национальной безопасности. Бисмарк сознавал, что нужно пойти даже на большие жертвы, лишь бы купить нейтралитет Наполеона III.
Бисмарк дал понять Наполеону, что Пруссия в награду за нейтралитет Франции ничего не будет иметь против включения Люксембурга в состав Французской империи. Но император небрежно отклонил Люксембург, дав понять, что такими мелочами Пруссия не отделается. На попытки Бисмарка вытянуть у собеседника признание, что же собственно ему угодно, Наполеон III ясно намекнул на Бельгию. Согласиться на это для Бисмарка означало допустить такое усиление Франции, что вся западно-рейнская Пруссия оказалась бы под прямой непостоянной угрозой. Отказать Наполеону значило решиться вести в ближайшем будущем войну на два фронта: с Францией и Австрией. Бисмарк не ответил ни да, ни нет. Бисмарк ясно видел, что соглашения ему не добиться.
Бисмарк составил план действий: следует сделать войну короткой, молниеносной; От Австрии нужно потребовать, чтобы она совершенно отказалась от вмешательства в германские дела и не препятствовала преобразованию бессильного Германского союза в новый союз германских государств под гегемонией Пруссии. Не нужно ничего отнимать у Австрии, ни требовать от нее контрибуции, ни унижать ее. Если Австрия после поражения пойдет на мир, немедленно его заключить.
Бисмарк решил добиться заключения военного союза между Италией и Пруссией для одновременного нападения обеих держав на Австрию. Австрийская армия тогда должна будет сражаться разом на двух фронтах: на севере — против прусских войск, угрожающих Вене, на юге — против итальянцев, подступающих к Венеции. Король Виктор-Эммануил II дал Бисмарку нужные обещания.
Наполеон III немедленно обратился к Францу-Иосифу. Предупреждая его об опасности войны на два фронта, он стал убеждать его добровольно уступить Венецию итальянскому королю до начала военных действий. Австрия отказалась сделать требуемый жест. Наполеон III решительно объявил Италии, что не желает заключения союза между нею и Пруссией. Ослушаться Наполеона III итальянский король не смел и думать.
Бисмарку приходилось убеждать французского императора в том, что Австрия, отвергнув разумное и справедливое предложение Наполеона уступить Венецию Италии, доказала, что ни с чем и ни с кем не желает считаться. Бисмарк старался внушить Наполеону III что при всех условиях война будет для Пруссии крайне тяжелой. После нескольких долгих бесед, Наполеон III снял свое запрещение, и Бисмарк уехал, одержав крупную дипломатическую победу. В данном случае все усилия Бисмарка были направлены на то, чтобы успокоить Наполеона, внушив ему полную уверенность, что выступление Италии нисколько не облегчит войну для Пруссии: австро-прусская война будет затяжной, а значит, изнурительной для Пруссии. Таким образом, Наполеону III будет возможно в благоприятный момент, стоя с армией на Рейне, предъявить Пруссии какие угодно требования.
8 апреля 1866 г. был подписан союзный договор между Пруссией и Италией с обязательством не заключать сепаратного мира.
16 июня 1866 г. прусская армия открыла военные действия против Австрии.
Война началась для Пруссии с неудачи. Большая и хорошо вооруженная итальянская армия при первой же встрече с австрийцами, которых было гораздо меньше, бросилась бежать. Разгром Италии грозил провалом всех надежд Бисмарка на разделение австрийской армии. Командовавший прусской армией талантливый стратег генерал Гельмут фон Мольтке спас положение: быстро и искусно маневрируя, он вызвал решительное сражение уже 3 июля. Но Мольтке удалось одержать блестящую победу над австрийским главнокомандующим Бенедеком. Эта победа (под Садовой) принесла дипломатии Бисмарка полное торжество.
Король Вильгельм I и окружавшие его генералы, опьяненные победой, говорили о дальнейшем энергичном ведении войны, о походе на Вену, куда дорога казалась открытой. Бисмарк восстал один против всех. Он говорил, что теперь нужно только потребовать от Австрии, чтобы она бесповоротно вышла из Германского союза, отказалась от Гольштейна и согласилась на образование нового Северо-Германского союза под верховенством Пруссии. Когда король продолжал настаивать, Бисмарк заявил, что сейчас же, не теряя минуты, подает в отставку и предоставляет королю искать другого министра, который взял бы на себя ответственность за пагубный путь, куда короля увлекают генералы. Бисмарк добился своего.
Австрийский император сейчас же после битвы под Садовой телеграфировал Наполеону III, что отдает Венецию ему, императору французов. Австрийский штаб хотел поскорее окончательно ликвидировать южный фронт, пожертвовав Венецией, и поскорее перебросить южную свою армию на север против пруссаков в помощь разбитой армии Бенедека. Во-вторых, Франц-Иосиф хотел подчеркнуть, что разгромленные под Кустоццой итальянцы вовсе не завоевали Венецию, а могут получить ее в виде «подарка» из рук милостивого их покровителя Наполеона III.
Виктор-Эммануил II и его министры заявили, что Венеции им мало и они хотят еще получить от Австрии Триент и Триест.
Виктор-Эммануил II наивно полагал, что пруссаки будут продолжать борьбу, но вдруг, к своему отчаянию, он узнал, что 26 июля (1866 г.) в городе Никольсбурге уже заключено перемирие: Австрия согласилась на те умеренные требования, которые предъявил Бисмарк. Когда Италия пробовала протестовать против такого поведения союзника, Бисмарк напомнил, что Венецию итальянцы все-таки получили. Так первая война (1864 г. против Дании) с логической неизбежностью вызвала вторую войну (1866 г. против Австрии), так и эта вторая война естественно повлекла за собой третью войну (1870 — 1871 гг.) против Франции.
В дни франко-прусской войны основная дипломатическая проблема была одной и во той же и для Франции и для Германии. Останется ли война локализованной или же прусской войны последует вмешательство других держав? Над этим вопросом трудилась дипломатия обеих воюющих стран. Франция мечтала о вмешательстве Австро-Венгрии и Италии; Германия стремилась добиться их нейтралитета. Наибольшее значение имела при этом позиция России.
Наполеон III и в 60-х годах не переставал противодействовать России на Востоке. Свежи были в памяти и попытки Наполеона III вмешаться в русско-польские отношения во время польского восстания 1863 г. Наполеон III проявлял легкомысленное пренебрежение к интересам царской России, и для царского правительства не было иного пути, кроме сближения с Пруссией. Вдобавок, поражение Пруссии неминуемо привело бы к усилению Австро-Венгрии. Для царского правительства в этом заключалось еще одно основание к тому, чтобы предпочесть победу Пруссии.
3 (11) июля появилась декларация России о нейтралитете.
Вмешательство Австро-Венгрии было весьма возможным. Император Франц-Иосиф, военные, феодально-аристократические и клерикальные круги Австрии жаждали реванша. Политическая линия этих элементов встречала оппозицию со стороны австрийской буржуазии, которая не одобряла какого-либо антинемецкого выступления. Еще более активно противодействовали вмешательству в войну венгры. Боялись, что успешный реванш позволит Габсбургам отнять у Венгрии привилегии. Исход внутренней борьбы в правящих кругах Австро-Венгрии был решен позицией русского правительства: австрийцам стало известно, что на их вступление в войну Россия ответит открытием военных действий против Австро-Венгрии.
Военные успехи Пруссии повлияли на русскую дипломатию. Теперь Горчаков стал думать о скорейшем прекращении войны, с тем чтобы ослабление Франции не стало чрезмерным. Царь написал письмо прусскому королю, убеждая его не навязывать Франции унизительного мира.
Основная французская группировка (180 тыс.) под командованием маршала Базена была блокирована под Мецем, на её выручку двинулась другая армия (140 тыс.) под командованием маршала Мак-Магона и при которой находился Наполеон III. Эта армия была окружена под Седаном. 1 сентября произошло сражение, а на следующий день после неудачных попыток прорыва император Наполеон III сдался вместе с более чем 100 тыс. своих солдат. Армия Базена капитулировала позднее, 27 октября 1870.
После получения известия о пленении Наполеона 4 сентября в Париже была объявлена республика и организовано правительство национальной обороны.
Горчаков посоветовал «правительству национальной обороны» Франции возможно скорее заключить мир. Сопротивление Франции продолжалось до января 1871 г. позиция русской дипломатии снова несколько изменилась. Советы пруссакам заключить мир на началах умеренности продолжались, но главная энергия направлялась уже на то, чтобы убедить французов скорее капитулировать. 21 сентября Бисмарк подтвердил данное еще в 1866 г. обещание: оказать России полную поддержку в вопросе большой важности — именно, в отмене статей Парижского трактата, которые запрещали России держать флот на Черном море. Этот маневр Бисмарка имел полный успех, так как аннулирование ряда статей Парижского трактата было давнишней целью русского правительства. Поражение Франции устраняло со сцены одного из инициаторов злополучного трактата и создавало благоприятную обстановку для ревизии этого документа.
Горчаков издал циркуляр, в котором перечислялись случаи нарушения Парижского трактата другими державами. Из этого делался вывод, что ввиду подобных нарушений у России нет основания считать действительными все условия этого акта. Отныне она отказывается признавать статьи, ограничивающие ее суверенные права на Черном море.
Содействие, которое оказал России Бисмарк, обеспечило ему согласие России на мирные условия, которые он решил предъявить Франции. 6 февраля 1871 г. в Версале был подписан прелиминарный мирный договор. Германия получила Эльзас, восточную Лотарингию и 5 миллиардов франков контрибуции.
Франкфуртский мирный договор подтверждал те основные условия, которые были установлены еще в версальских прелиминариях от 26 февраля. Главной причиной аннексии явились соображения стратегического порядка. И Бисмарк и Мольтке были убеждены, что война 1870 — 1871 гг. не ликвидирует векового антагонизма между Германией и Францией. Будучи уверенными в неизбежности новой войны с Францией, они стремились использовать свою победу для обеспечения Германии наиболее выгодной стратегической границы.
Франко-прусская война завершила целый ряд глубоких перемен в политическом положении Европы. После победы под Седаном южногерманские государства начали с Пруссией переговоры о вступлении в Северогерманский союз. Герцогство Баден ещё до войны собиралось присоединиться к союзу, переговоры с королевствами Баварией и Вюртембергом осложнялись тем, что эти государства претендовали на особые привилегии внутри союза. Король Баварии Людвиг II согласился признать прусского короля своим сюзереном за солидное пенсионное обеспечение в виде ежегодных выплат в размере 300 тыс. марок золотом.[2] 23 ноября 1870 года подписан договор между Северогерманским союзом и Баварией, оговорившей её военную автономию в мирное время. 25 ноября в союз вступил Вюртемберг, армия которого составила отдельный корпус в вооружённых силах Германии.
Бисмарк организовал письмо от германских государей с просьбой Вильгельму I принять из их рук императорскую корону. 18 января 1871 года вВерсальском дворце под Парижем Бисмарк в присутствии немецких князей зачитал текст провозглашения прусского короля императором Германской империи.
Германская империя (Deutsches Reich) объединила политически все государства с немецким населением за исключением Австрии и Люксембурга. Эти 25 государств с 36 млн. немцев обладали различными правами и неодинаковым влиянием внутри империи. Отдельные удельные монархи сохранили свою самостоятельность на местном уровне, они также имели влияние через назначение представителей с правом вето в верхнюю палату германского парламента.
Выборы в нижнюю палату, рейхстаг, проводились по принципу всеобщего равного избирательного права для мужчин, однако демократический характер процедуры не соответствовал возможностям низших классов влиять на управление государством, так как реальная власть сосредоточилась в руках императора.
Франкфуртский мир с Францией (10 мая 1871) прибавил 26-й субъект в империю: Эльзас-Лотарингию (1,5 млн. жителей), непосредственно подчиненную имперскому правительству.