Концепция Сэмюэла П. Хангтинтона – директора института стратегических исследований им. Джона Олина при Гарвардском университете – можно считать ультрасовременным развитием традиционной для Запада атлантистской геополитики.
Смысл теории Хантингтона, сформулированный им в статье «Столкновение цивилизаций», сводится к следующему. Видимая геополитическая победа атлантизма на всей планете – с падением СССР исчез последний оплот континентальных сил – на самом деле затрагивает лишь поверхностный срез действительности. Стратегический успех НАТО, сопровождающийся идеологическим оформлением, – отказ от главной конкурентной коммунистической идеологии – не затрагивает глубинных цивилизационных пластов. Хантингтон утверждает, что стратегическая победа не есть цивилизационная победа; западная идеология – либерал-демократия, рынок и т.д. – стала безальтернативной лишь временно, так как уже скоро у незападных народов начнут проступать цивилизационные и геополитические особенности. Отказ от идеологии коммунизма и сдвиг в структуре традиционных государств – распад одних образований, появление других и т.д. – не приведут к автоматическому равнению всего человечества на универсальную систему атлантистских ценностей, но, напротив, сделают вновь актуальными более глубокие культурные пласты, освобожденные от поверхностных идеологических клише.
Хантингтон утверждает, что наряду с западной (атлантистской цивилизацией, включающей в себя Северную Америку и Западную Европу, можно предвидеть геополитическую фиксацию еще семи потенциальных цивилизаций: 1. Славяно-православная, 2. Конфуцианская (китайская), 3. Японская, 4. Исламская, 5. Индуистская, 6. Латиноамериканская и, возможно, 7. Африканская.
Конечно, эти потенциальные цивилизации отнюдь не равнозначны. Но все они едины в том, что вектор их развития и становления будет ориентирован в направлении, отличном от траектории атлантизма и цивилизации Запада. Так, Запад снова окажется в ситуации противостояния. Хантингтон считает, что это практически неизбежно и надо принять за основы реалистическую формулу: «The West and The Rest» («Запад и все остальные»).
По мнению С.Хантингтона, в нарождающемся мире источником конфликтов станет уже не идеология и не экономика, а важнейшие границы, разделяющие человечество, и преобладающие источники конфликтов будут определяться культурой.
Наиболее значимые конфликты глобальной политики будут разворачиваться между нациями и группами, принадлежащими к разным цивилизациям. Столкновение цивилизаций станет доминирующим фактором мировой политики. «Линии разлома между цивилизациями, – считает Хантингтон,– это и есть линии будущих фронтов».
Идентичность на уровне цивилизации, по мнению Хантингтона, будет становится все более важной и облик мира будет в значительной мере формироваться в ходе взаимодействия семи-восьми крупных цивилизаций. Во-первых, различия между цивилизациями не просто реальны. Они наиболее существенны. Цивилизации не схожи по своей истории, культуре, языку, традициям и религии. Люди разных цивилизаций по-разному смотрят на отношения между Богом и человеком, индивидом и обществом, гражданином и государством, родителями и детьми, мужем и женой, имеют разные представления о соотносительной значимости прав и обязанностей, свободы и принуждения, равенства и иерархии. Они более фундаментальны, чем различия между политическими идеологиями и политическими режимами. Конечно, различия не обязательно предполагают конфликт, а конфликт не обязательно предполагает насилие. Однако в течении столетий самые затяжные и кровопролитные конфликты порождались именно различиями между цивилизациями.
Во-вторых, мир становится более тесным. Взаимодействие между народами разных цивилизаций усиливается. Это ведет к росту цивилизационного самосознания, к тому, что глубоко осознаются различия между цивилизациями и то, что их объединяет. В-третьих, процессы экономической модернизации и политических изменений во всем мире размывают традиционную идентификацию людей с местом жительства, одновременно ослабевает и роль нации-государства как источника идентификации. Образовавшиеся в результате лакуны по большей части заполняются религией, нередко в форме фундаменталистских движений.
Подобные движения сложились не только в исламе, но и в западном христианстве, иудаизме. В большинстве стран и конфессий фундаментализм поддерживают образованные молодые люди, высококвалифицированные специалисты из средних классов, лига свободных профессий, бизнесмены. В-четвертых, рост цивилизационного самосознания диктуется раздвоением роли Запада. С одной стороны, Запад находится на вершине своего могущества, а с другой происходит возврат к собственным корням. Все чаще приходится слышать о «возврате в Азию» Японии, о конце влияния идей Неру и «индуизации Индии», о провале западных идей социализма и национализма и реисламизации Ближнего Востока. На вершине своего могущества Запад сталкивается с незападными странами, у которых достаточно стремления, воли и ресурсов, чтобы придать миру незападный облик. В-пятых, культурные особенности и различия менее подвержены изменениям, чем экономические и политические, и вследствие этого основанные на них противоречия сложнее разрешить или свести к компромиссу. Коммунисты могли стать демократами, богатые превратиться в бедных, а бедняки в богачей, но национальность измениться не может.
Збигнев Бжезинский. Потомок польских эмигрантов, он сделал свою карьеру благодаря тому, что в 1977-1981 гг. сумел стать советником Президента США Джимми Картера по национальной безопасности. Этому способствовал его яростный антисоветизм и антикоммунизм. Среди теоретиков глобализации он лидирует по своей агрессивности.
Его главный геополитический труд – «Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы» (1997), где под «великой шахматной доской» имеется в виду весь мир, а под малой «шахматной доской» - Евразия (Россия). Он пишет: «Евразия - является «шахматной доской», на которой продолжается борьба за мировое господство, и такая борьба затрагивает геостратегию – стратегическое управление геополитическими интересами».
В своих многочисленных геополитических работах Збигнев Бжезински конструирует доктрину нового американского экспансионизма. «Основными компонентами этой доктрины являются следующие:
1. Россия, и в сегодняшнее время, - эта та же сердцевина земли -Хартланд -, каковой ее концептуально определил в прошлом МакКиндер. Завоевать или расчленить Хартланд на части - это залог мировой гегемонии США. Россию необходимо расчленить на три отдельные государства - одно с центром в Петербурге, другое с центром в Москве, а Сибирь отделить в отдельное государство.
2. Бжезински развивает концепцию окружения России путем захвата «окраинных земель» - евразийского пояса прибрежных территорий и стран или «римлэнд», в том числе и Югославии, которая является одной из таких стран.
3. Динамика международных отношений после 1991 года определяется американским вторжением в геополитическое пространство бывшего Советского Союза и завоеванием этого пространства.
4. Завоевание и контроль над Евразией является основной целью США и стержнем американской внешней политики. Контроль над Евразией - залог американского мирового владычества и их Нового мирового порядка».
Сохраняет финансово-экономический и культурный центр Нового мирового порядка на бесконечное будущее за единственной и бесспорной сверхдержавой - США. В качестве же главных «агентов влияния» этого порядка он мыслит транснациональные корпорации. Они и должны превратить нашу планету в единый финансово-экономический и культурный организм, сердцем которого станут США, а ее мозгом - наднациональное финансово-олигархическое правительство.
Обоснование американского гегемонизма в мире З.Бжезински объясняет стремительным экономическим ростом США в ХХ веке, который в свою очередь стал следствием благоприятных условий, в которых оказалась культура США.
Если отмечает он далее, претендентами на мировое господство в первой половине ХХ в. были Адольф Гитлер и Иосиф Сталин, то «следующие 50 лет ознаменовались преобладанием двухполюсной американо-советской борьбы за мировое господство, которая закончилась победой США благодаря тому факту, что американская сторона оказалась гораздо более динамичной в экономическом и технологическом отношении, в то время как Советский Союз постепенно вступал в стадию стагнации и не мог эффективно вести соперничество как в плане экономического роста, так и в сфере военных технологий. Экономический упадок, в свою очередь, усиливал идеологическую деморализацию. Советский Союз в конечном счете взорвался изнутри и раскололся на части, став жертвой не столько прямого военного поражения, сколько процесса дезинтеграции, ускоренного экономическими и социальными проблемами… В результате краха соперника Соединенные Штаты оказались в уникальном положении. Они стали первой и единственной действительно мировой державой.
Поэтому главная задача состоит в том, чтобы сохранить за США статус мировой державы на века, дабы их не постигла участь прежних мировых империй - начиная с Римской и кончая Советской. Если Америка, по мнению З.Бжезински, сумеет извлечь уроки из прошлого, у нее имеются несомненные шансы на сохранение своей лидирующей роли в мире.
Главный теоретический труд И.Валлерстайна - «Миро-системный анализ», который был опубликован впервые на заре современной глобализации - в 1987 году.
И.Валлерстайн разбил все общества их на три типа: - «мини-системы», «мировые империи», «мировые экономики».
Первые представляют собою маленькие общества, для которых характерно единство культуры.
Вторые - мировые империи, в рамках которых оказывались разные культуры.
Под последним же типом общества И.Валлерстайн имел в виду не что иное, как капитализм «капиталистическую систему».
Политическая картина мира в ближайшие годы прогнозируется И.Валлерстайном следующим образом: «Постепенно, в течении следующих 50-75 лет, “морская” Япония превратит США в своего младшего партнера и объединенный японо-американский кондоминиум рано или поздно сойдется в новой крупномасштабной “тридцатилетней” мировой войне с “континентальным” ЕС, победителем из которой выйдет Япония. Остальные регионы капиталистической мировой экономики в той или иной степени будут распределены между этими двумя альянсами: Северная и Южная Америка, Китай, Юго-Восточная Азия и Тихоокеанский регион войдут в японо-американскую зону, Центральная и Восточная Европа, Россия, Ближний Восток, Африка и Индия - в зону европейскую. Важнейшей проблема развития и консолидации этих двух зон в период 2000-2025 гг. будет состоять в выборе оптимальных методов интеграции, прежде всего, двух гигантов - Китая и России. Для успешной интеграции как Россия, так и Китай должны достигнуть и поддерживать определенный уровень внутренней стабильности и легитимности, которые еще полностью не достигнуты».
Но самое важное в том, что через 50-75 лет капитализм, по прогнозам И.Валлерстайна, исчезнет. Он писал: «После бифуркации, которая произойдет в период 2050-2075 гг., мы сможем быть уверены лишь в нескольких вещах. Мы не будем жить в капиталистической мир - экономике, а при каком-то новом порядке или порядках, при какой-то новой исторической системе или системах».
Тем не менее у И.Валлерстайна есть и более определенные сценарии для будущего. Их три. Вот они: «Первый сценарий состоит в переходе к неофеодализму, который может в значительно более уравновешенной форме воспроизвести эпоху нового смутного времени. Отличительными чертами данной системы будет парцелляризация суверенитета, развитие локальных сообществ и местных иерархий, в общем - возникновение «мозаики» автаркичных регионов, связанных между собой лишь нитями горизонтальных связей». Такая система может оказаться вполне совместимой с миром высоких технологий. Процесс накопления капитала не служит больше движущей силой развития этой системы, но все равно это будет разновидность «неэгалитарной системы», способом легитимации которой, возможно, может явиться возрождение веры в естественные иерархии.«Второй сценарий связан с установлением нечто вроде демократического фашизма, когда мир будет разделен на две касты: высший слой примерно из 20% мирового населения, внутри которого будет поддерживаться достаточно высокий уровень эгалитарного распределения, и низший слой, состоящий из трудящихся “пролов”, т.е. из лишенного политических и социально-экономических прав пролетариата (остальные 80% населения)».«Третьим сценарием может быть переход к радикально более децентрализованному во всемирном масштабе и высокоэгалитарному мировому порядку. Такая возможность кажется наиболее утопичной, но ее не следует исключать. Для ее реализации потребуется существенное ограничение потребительских расходов, но это не может быть просто социализация бедности, ибо тогда политически этот сценарий становится невозможным».
Если судить по двум первым сценариям: лучше, чем теперь, никому не будет. Что же до третьего, то он признается наиболее утопичным и самим И.Валлерстайном, а между тем сам он себя считает человеком, признающим неизбежность прогресса в человеческой истории.
На современный мир он смотрит как на «великий всемирный беспорядок». Вот почему на людей нашего времени он налагает колоссальную ответственность, без которой невозможно движение вперед, предполагающее не только сиюминутное выживание, но и долгую борьбу с социальным неравенством. В конечном счете, Валлерстайн верит в развитие «геокультуры» (его собственный термин) и твердо знает, что будущее человечество не будет жить при капитализме. Он только не знает, как бороться с бедностью. Как бы то ни было, в капитализме он не признает венец человеческой истории. Он уверен, что на смену капитализму, с его точки зрения, должна прийти более совершенная «историческая система».
Алекса́ндр Ду́гин (род. 7 января 1962, Москва). Россия-Евразия для него — центр сухопутной, континентальной силы, в извечной борьбе Суши и Моря. Миссия России в противостоянии морскому «атлантизму», представленному США, в создании единой Евразийской империи, где против«общего врага» выступят и Европа, и Япония, и исламский мир. Созданная усилиями России Евразийская империя должна на первом этапе привести к возникновению новой биполярности, а затем — к победе Суши над Морем. Фактически конструирует идеологию «срединного государства», играющего крупную роль в построениях западных геополитиков первой половины века — прежде всего Маккиндера и Спайкмена. Все, что эти авторы обозначают как потенциальную угрозу Западу, предлагает превратить в реальность.
3 модели государственной стратегии: 1.Советская. «Раньше работало, сработает и сейчас». Устаревшие политэкономические и социалистические реалии (ностальгия). 2. Либерально-западническая. Проамериканская. Копирование американского общественно-политического устройства на российской почве, следование в международных вопросах национальным интересам США. Аргумент: «У них работает, сработает и у нас». Не может быть реализована в России, т.к. это - другая, чуждая России цивилизация. 3. Евразийская. Россия является самостоятельной цивилизационной ценностью. Она должна сохранить свою уникальность, независимость и мощь. Евразийство свободно от любой догматики – как советской, так и либеральной. Становится популярным, наиболее актуально.
Основные политические принципы российского евразийства:тво внешней политике: третий путь – ни советизм, ни американизм. Собственная внешнеполитическая доктрина РФ. Суть ее: главная задача этой внешней политики - отстаивание многополярной модели систему стратегических альянсов. - во внутренней политике: интеграция стран СНГ в единый Евразийский Союз. Развитие общественного начала. Евразийский федерализм - основная категория при построении Федерации не территория, а этнос. Этнический плюрализм, акцент на «праве народов». Решение социальных проблемы - баланс между государственным и частным: все масштабное (ВПК, образование, безопасность, мир, здоровье нации, экономический рост) контролируется государством, а мелкое и среднее производство (сфера услуг, личная жизнь, индустрия развлечений.) контролируется частной инициативой.- экономика. Экономическая сфера - не самостоятельна, – лишь культурных, социальных, политических, психологических и исторических реальностей. Евразийское отношение к экономике: «не человек для экономики, но экономика для человека». Идея решения российских народно-хозяйственных проблем - Россия должна возложить бремя возрождения своего экономического потенциала на партнеров по «клубу сторонников многополярности». Возврат в Россию капитала с Запада.
Спец-ция № 8. Преступность как угроза национальной безопасности. Престу́пность — это исторически изменчивое социальное и уголовно-правовое негативное явление, представляющее собой систему преступлений, совершённых на определённой территории в тот или иной период времени
Общая преступность в мире с каждым годом увеличивается. Начиная с 80-х годов она возрастает на 5% ежегодно. При этом растет удельный вес тяжких преступлений. Характерная черта современной преступности - ее организованный характер. В каче-стве инициаторов и исполнителей преступлений выступают не столько отдельные лица, сколько хорошо организованные группировки, оснащенные новейшими системами оружия, средствами связи и коммуникаций, охранной сигнализацией, прослушивающими устройст-вами, радиотелевизионными и компьютерными сетями. Подобные группировки располагают квалифицированными штабами, оперативными службами, заранее разработанными про-граммами осуществления операций. В последнее время они объединяются в «преступные сообщества», отличающиеся сплоченностью, высоким уровне организации, тщательной под-готовкой преступных действий, наличием общей кассы, строго соблюдаемой иерархией вла-сти и дисциплиной.
Характерная тенденция последней четверти века - быстрый рост транснационализа-ции преступности. Она выражается в создании преступных группировок с участием граждан нескольких государств, осуществлении криминальной деятельности на территории двух и более стран, организации преступлений, нарушающих международные обязательства и нормы международного права. Одно из наиболее опасных и распространенных в современном мире преступлений - международный терроризм. Он представляет собой насильственные действия. (Хамас, Алькаида, Алеф – Аум Синрике), Хизбаллах, японская красная армия, исоамское движение узбекистана)
Цели терро-ризма многообразны. Это и попытки изменения политического строя, свержения руково-дства страны, навязывание в качестве официальной идеологии сектантских, националистических, фундаменталистских и иных воззрений. Это и подрыв стабильности в обществе, запугивание населения, провоцирование военных действий. Это и требования ос-вобождения от ареста участников террористических актов, предоставления материальных и иных выгод и т.п. Арсенал используемых средств также широк: убийства политических ли-деров, захват заложников, вербовка, финансирование, обучение наемников, их использова-ние в военных и террористических актах, угон самолетов, захват телерадиоцентров, незакон-ное радиовещание и многое другое.
Серьезную тревогу и беспокойство мирового сообщества вызывают преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств. Число таких преступлений в мире растет, и настолько быстрыми темпами, что этот процесс сравнивают с эпидемией. Характерная черта современного наркобизнеса - выход за национальные границы, организация нелегальной международной торговли наркотиками, охватывающей практически все страны мира. Сформировались мощные группировки, располагающие широкой сетью не только торговых, но и производственных предприятий, собственными лабораториями, специально обученным персоналом. Международный наркобизнес приносит огромные прибыли. Очевидна высокая степень общественной опасности международного наркобизнеса. Его следствием являются причинение вреда здоровью растущего числа граждан, снижение их социальной активности, ухудшение генофонда населения. Обладание крупными денежными средствами позволяет наркопреступным группировкам оказывать давление на политическую систему, правоохранительные органы, средства массовой информации, что расшатывает стабильность общества, подрывает его безопасность.
Серьезную угрозу представляют преступления, посягающие на личные права граждан: продажа и эксплуатация детского труда, торговля женщинами, распространение порно-графии, насильственные похищения людей.
Новым и опасным видом преступлений являются незаконные операции в сфере высоких технологий, связанные прежде всего с нелегальной передачей через национальные границы компьютеров, средств телекоммуникаций, других видов дорогостоящей наукоемкой техники.
Организованная преступность как угроза национальной безопасности. Опасность измеряется не количеством краж, разбоев, вымогательств, контрабанды оружия и т.д., а угрозами, исходящими от организованной преступности, и соответственно пораженностью тех или иных сфер жизнедеятельности общества.
Рассмотрим основные виды угроз и их поражающую способность. 1.Прежде всего, организованная преступность оказывает существенный вред политической и государственной системам. Проникая в них, организованная преступность дезорганизует органы власти и управления, разъедает их с помощью коррупции. Это ведет к деструктивным решениям, лоббированию интересов криминальных сообществ и коммерческих организаций. 2. Организованная преступность подрывает экономику, так как происходит незаконное изъятие из государственного, банковского или коммерческого оборота материальных и денежных средств. Перевод денежных средств осуществляется через специально создаваемые банки и так называемые фирмы-бабочки (однодневки).Экспертами правоохранительных органов отмечается, что около 80% предприятий среднего и малого бизнеса находится под контролем преступных организаций, что криминализует экономику, способствует сокрытию налогов и повышению цен на товары и услуги. 3. Организованная преступность может посягать как непосредственно, так и опосредованно на конституционный строй. Опасность организованной преступности заключается в ее связи с наркобизнесом, торговлей оружием и проявлением терроризма. Что касается связи с терроризмом, то, во-первых, организованная преступность сама развязала так называемый коммерческий террор; во-вторых, она способствует и подпитывает международный терроризм. 4. Организованная преступность представляет угрозу духовному развитию нации. Она ведет к обнищанию нравственных ценностей, создает стереотипы «красивой» жизни, культивирует насилие и анархию среди молодежи. 5. Общественная опасность организованной преступности заключается еще и в том, что она стимулирует, активизирует уголовные элементы; объединяя и контролируя их, заставляет с большей энергией вести преступную деятельность, что способствует росту корыстной преступности. 6. Следует отметить и такую угрозу, как подрыв генофонда нации. Это связано не только с наркотиками, производством фальсифицированной алкогольной продукции, но и с организацией детской проституции, торговли «живым товаром»
Неслучайно организованная преступность в Концепции национальной безопасности, объявленной Президентом России В.В. Путиным в Указе от 10.01.2000, отнесена к одной из основных угроз безопасности государства.